стротельство игры

2017-09-24 08:51




Надо читать философию в юности, когда впечатлителен, а сейчас многие труды философов воспринимаются как "Ох, да что ты, блядь, говоришь!"


Монашка несла свой крест с грехом пополам.






Глянул я утром в окошко разбитое, А из окошка глядит на меня Морда опухшая, месяц не бритая... Господи боже!Ведь это же я!!!


Вспоминали в компании тут на выходных байку старую о том, как в глухой тайге компас в вертолёте поломался и охотнику лестницу верёвочную скинули, чтобы он поднялся и дорогу у него спросить, да вот, что вспомнилось. В своём голожопом детстве каждый год летом бывали в Приморье у бабушки с дедушкой. Это те времена, когда ни Турций ни Тайландов на глобусе Совеццкого Союза не было, а в Сочи ездили шахтёры с Кузбасса, чтобы вместе с «Заслуженными доярками», ударницами соцтруда из средней полосы, опытным путём опровергать утверждение в отсутствии секса в стране. Эх, что тогда для счастья пацанячего надо было? В озере плескаться до одури, удочку смастерить чтоб «лучше всех» была, в «казаков-разбойников» гонять у дома до темноты самой… Телефон из коробков спичечных и нитки до сих пор самым надёжным аппаратом считаю, куда там Нокиям и Айфонам всяким! …А вечером бабушка блинами такими вкусными накормит, что сколько лет прошло, а вкус тот до сих пор помнится и не забудется никогда. Извиняюсь, от мысли основной в ностальгию повело. Ну да ладно, полезно иногда приятные моменты вспомнить. Так вот, помню я по рассказам взрослых тогда, про мужичка одного историю. Отшельник он был. Но, как бы сейчас сказали, не совсем настоящий, больше «подделка китайская», а не «правильный» отшельник. Летом только отшельничал. Уходил, правда, очень далеко, недели пешего хода в тайгу, а зимой в квартирке тёпленькой чай гонял да плюшки жрал с бабкой своей. И хвастаться любил очень своими подвигами. Как кабана голыми руками валил, как от медведя с ножом одним отбился – герой-подводник, короче. Только вот образ его внешний с байками о подвигах ну никак не сочетался. Маленький, щуплый дедок слегка за семьдесят. В любое время года бушлат, галифе, кирзачи и шапка-ушанка – его повседневная одежда. И борода ещё седая. Но вот перестал он после случая одного отшельничать, максимум за грибами в лес заглянуть и всё, домой к бабке с пирогами. И не случилось-то такого сверхъестественного ничего, кто там в конце ждёт блокбастеров со стаями волков или писек в маршрутке. Просто ушёл он как обычно в тайгу. Людей не видел уже несколько месяцев, так как уходил специально туда, куда и охотники даже не заглядывали. Сидит у костра, самокруточку делает, чаёк в котелке кипятит, удотов певчих слушает - одиночеством своим наслаждается. И вот в самый разгар этого блаженства, когда почти открылись все его отшельнические чакры и постиг он Суть Бытия, тронул его кто-то слегка за локоть и спросил: «Уважаемый! А нет ли у Вас случайно плоскогубцев?». Геологи ведь и сейчас объявлений в газеты не дают с указанием точных координат на картах, куда в экспедицию собираются. И плоскогубцы, видно, не всегда им нужны, но если очень надо – можно ведь и у «прохожих» спросить…